Обменник

download

15 июня компания SONM запустила ICO. CoinFox обсудил с разработчиками особенности проекта, приоритеты и планы на будущее.

CoinFox: С чего начался проект? Почему возникла такая идея? Какие задачи находятся в разработке на текущий момент?

 

SONM: У истоков проекта SONM стояли Сергей Пономарев и Андрей Воронков. Стартом проекта можно считать февраль 2016 года. Первоначально он мыслился как проект в духе PrimeCoin – система полезных вычислений внутри криптовалюты, вместо универсальных скриптов использующая нагрузки. Проблема состояла в том, что полезные вычисления должны быть последовательными, в блокчейн невозможно вставить все, что мы хотим. Поэтому мы придумали гибридное приложение на основе BOINC: блокчейн в его рамках должен был быть использован только в качестве оплаты системы P2P Cash.

Впоследствии мы стали обращать все больше внимания на системы облачных вычислений, на существующие стандарты; пытались понять, почему облака не используются в блокчейне. В итоге мы вышли на проблему доверия узлов, которая пока не решается. Суть её в следующем.

Проверять вычисления можно только в том случае, если они детерминированы. Мы сравниваем поток, который к нам приходит, с эталоном, таким образом контролируя, как выполняется вычисление, не пытается ли майнер мошенничать. Так, если взять любое приложение, выполняющее детерменированные задачи, начиная с сайта и заканчивая приложениями по доставке пиццы, – они работают по общей схеме: вы посылаете какие-то исходные данные и в ответ получаете результат за определенное время. Эти данные легко проверять. Но если мы имеем дело с сервисами, которые просто работают во времени, то как проверить результат? Никак. Значит, нужно искать новые возможности.

Одной из таких возможностей стали гибридные системы проверки: мы проверяем не работу программы, результаты вычислений, мы проверяем целостность контейнера. Если контейнер, который мы поставили на узел, не был модифицирован, значит, он работает корректно. Это такая «защита от дурака».

Также мы построили систему антифрода, основанную на Ethereum, которая работает как алгоритм в Dash. Её идея в том, что, если майнер хочет получать большее вознаграждение, – он должен быть более «доверенным».  А для того, чтобы стать более «доверенным», ему нужно «захолдить» некоторое количество монет на кошельке. То же самое относится к хабу: чем больше токенов ты держишь «захолженными», тем лучше у тебя репутация. При этом система работает таким образом, что использоваться в ней могут только наши кошельки, выпущенные с контрактов фабрики: мы точно знаем, что эти кошельки имеют тот код, который мы им дали, они не подделаны. Мы придумали систему платежных переводов внутри кошельков.

У хаба (криптовалютного пула) есть два основных состояния: «простое» состояние и состояние работы. В состоянии работы он совершает действия, совершает выплаты, но не может забрать прибыль себе; в «простом» состоянии все наоборот.  В рабочем состоянии хаб временно блокирует у себя в кошельке по 30% c каждой операции, и когда он переходит в простое состояние, эти 30% размораживаются, выплачивается 0,5% DAO. Поэтому, если хаб мошенник, желающий забрать все средства с кошелька себе, –  он потеряет 30% своих средств. А если он работает честно и просто хочет получить свою долю прибыли, то он платит полпроцента. Это мотивирует участников работать честно. Мы разрабатываем эту и огромное количество других задач.

 

CoinFox: В чем концептуальное отличие SONM от аналогичных систем?

 

SONM: Одно из главных наших отличий – более открытая коммуникация с внешним миром и открытость новому опыту. Общение с командой наших разработчиков более доступно. Более того, у нас есть понимание, что необходимо постоянно меняться, менять парадигму, принимать технологические новшества.

На первоначальном этапе можно было использовать те технологии, которые уже существовали и работали: например, BOINC-вычисления. Можно было продолжать идти этим путем, ничего не меняя, провести ICO... Но у нас есть понимание, что последующий проект всегда должен превосходить предыдущий. Соответственно, процесс продвигался, постоянно шел поиск новых технологических возможностей.

Во время работы появилось понимание, что мы должны использовать какую-то opensource технологию, в частности, мы пришли к Yandex Cocaine. В нашей команде есть Антон Тюрин, он работал в Yandex, был основателем и разработчиком этой технологии, с ней мы и работаем.

Все, что существует в мире облачных технологий, далеко не совершенно, также, как несовершенны технологии в мире блокчейн. Мы бросили индустрии серьезный вызов, решив стандартные облачные технологии связать с блокчейном. В частности, ряд кодов Ethereum переписывается, дополняется система обмена сообщениями.

То, что делает SONM, подходит как и для детерминированных (стриминг, хостинг сайтов и игр, развертывание различных приложений), так и для недетерминированных задач. Ключевой момент – это поддержка детерминированности. С недетерминированными задачами все более или менее понятно – например, игровой сервер будет работать 3 года, и все эти 3 года должна происходить нагрузка (сбор информации о работе сервера, какие мощности, сколько ресурсов тратится). Каким образом это оплачивается майнеру, который у себя разворачивает игровой сервер? Там нет конечного количества задач, число пользователей постоянно меняется, нагрузки на сервер меняются – все эти аспекты должны быть учтены. Благодаря тому, что в нашей команде есть крутые специалисты, мы представляем, как мы будем это считать. Каждую неделю будут браться среднестатистические показатели загрузки всех элементов компьютера майнера или сервера майнера; процесс сбора данных будет автоматизирован. По результатам этих отчетов в дальнейшем будет выплачиваться вознаграждение – даже за разворачивание сервера, это очень интересный момент.

 

CoinFox: Вы сказали про стриминг. У вас уже есть прототип коробочного решения? Что вы можете предложить заинтересованным компаниям, к примеру, YouTube?

 

SONM: Во-первых, есть интернет-каналы разного порядка – медленные и быстрые, дорогие и дешевые. Пользователи, желающие смотреть видео, располагаются где угодно. Мы пришли к концептуальному решению, которое удовлетворит их нужды, даст возможность нашим клиентам, доставляющим видео, экономить на трафике и хранении, а пользователю, по сути, не ждать. Существующего кейса (не тестового) нет.

 

CoinFox: То есть в целом вы позиционируете эту историю как замену CDN-ам и СХД?

 

SONM: Её можно разделить на несколько частей. Это облако (оно должно работать именно как облако, предсказуемо считываться; пользователю не нужно думать, какие ресурсы ему понадобятся, если он готов платить). Туман в этом смысле относительно эффективнее, поскольку он дешевле за счет того, что есть большое количество физических и юридических лиц, у которых простаивает оборудование. Они могут хостить. Есть нишевые задачи, для которых нужны отдельные процессоры, видеокарты. В данном случае SONM может использоваться как удобное управление фермой или кластером ферм, его удобно использовать как CDN, как систему хранения очередей, систему хранения небольших, но оформленных данных, которых нужно максимально широко раскидать географически.

Есть решение с операторами интернета, с ними были проведены переговоры, и после итогового запуска, возможно, появятся интересные решения, связанные с доставкой контента в сотрудничестве с поставщиками. Оборудование, которое ставят провайдеры, «скучает», и его тоже можно монетизировать.

Не стоит говорить о далеких перспективах, но анализ рынка свидетельствует, что так или иначе Ethereum перейдет на proof-of-stake. Из этого можно делать интересные выводы. Мы рассчитали мощности, которые используются в Ethereum; получилось, что, если Ethereum перейдет на proof-of-stake, все мощности, которые представлены видеокартой и стандартным набором: компьютер, процессор, жесткий диск, видеокарты, – освободятся. И остальной рынок никаким образом не сможет поглотить майнинговые мощности.

Сейчас в Ethereum 30% proof-of-stake, к концу года произойдет полный переход. Если у биткоина ASIC-и очень примитивные, задействована простая система хэширования и никаких сложных задач выполняться не может, то видеокарты обладают более обширным функционалом: очень много контейнеров, помогающих распараллеливать задачи. Видеокарты на данный момент используются всеми, кто разворачивает нейросети, – это идеальное решение для нейросетей. Все мощности, которые есть в Ethereum, свободны, и они растут с каждым днем. В марте, когда проводились подсчеты, была одна цифра; сейчас эта цифра увеличилась в 4 раза. Соответственно, общая сложность сети Ethereum в 100 раз превосходит все суперкомпьютеры мира; биткоин превосходит в тысячи раз. Такие порядки цифр доступны только для научного вычисления, но в дальнейшем эти вычисления откроют новые горизонты для человеческого сознания.

 

CoinFox: Правильно ли мы понимаем, что в любом неиспользуемом ресурсе компьютера вы видите возможности для своего проекта?

 

SONM: Да, естественно, гораздо проще использовать стандартную схему ПК, но в дальнейшем может быть использован интернет вещей.

 

CoinFox: Раз речь зашла об интернете вещей: каковы требования к клиентской машине, на которой будет установлен ваш софт?

 

SONM: Усе очень сильно зависит от того, что именно будет «крутиться», но наша платформа занимает всего порядка 50 Мб оперативной памяти, это всего лишь обычный docker-контейнер, 100 – 150 Мб на жестком диске. Уже сейчас мобильные телефоны обладают минимум 8 Гб оперативной памяти, так что наш использовать наш софт совсем не проблематично, но в дальнейшем и этот объем будет оптимизирован.

 

CoinFox: 15 июня стартовал ICO вашего проекта. Расскажите, на что вы собираете средства?

 

SONM: В нашей whitepaper представлена дорожная карта, которая касается технической части проекта, а также описание маркетинговой части проекта. Мы постарались максимально связать две эти части. С момента выпуска версии 1.0 мы планируем начать взаимодействие с реальным сектором, создающим устройства, и обеспечить максимально удобное интегрированием на этапе производства. Это, конечно, отдаленная перспектива, но она наиболее интересна – возможность изначальной имплементации SONM-контейнеров, SONM-приложений. Соответственно, основную часть расходов от сборов мы планируем потратить на заработную плату специалистов: хороший специалист, особенно разбирающийся в блокчейне и облачных технологиях, – очень высокооплачиваемый специалист. У нас распределено по процентам, какая часть будет тратиться на разработчиков, какая на маркетинг; более подробную информацию можно прочитать в whitepaper.

 

CoinFox: Кого в вашей команде больше: разработчиков или «гуманитариев»?

 

SONM: Разработчиков больше. Но основная часть разработчиков находится на аутсорсе, в Москве только 5 человек, остальные из Перми и других городов, застать всех в одном городе трудно. Разработка не требует обязательного присутствия в офисе: каждый разработчик выполняет свою часть задач, они встречаются раз в определенный промежуток времени и показывают друг другу, что сделано. В конечном итоге получается цельный продукт.

 

CoinFox: Почему вы отказались от юридического лица в Швейцарии в пользу Сингапура?

 

SONM: Все очень просто: в Швейцарии ужесточилось налоговое законодательство в отношении криптовалют, требуют ставить «крипту» на баланс компании, в дальнейшем она будет облагаться налогом (по этой причине Ethereum ушел из Швейцарии). Это произошло буквально за несколько дней до того, как мы зарегистрировали там фонд, и нам очень повезло, что мы смогли быстро переориентироваться на Сингапур. Безусловно, это повлияло на сроки проведения ICO, изначальная дата старта была запланирована на 25 мая, пришлось перенести на 15 июня, чтобы без спешки все закончить. В Сингапуре более гибкое законодательство в отношении криптовалют. К тому же, оттуда гораздо проще работать с американской аудиторией.

 

CoinFox: Как у вас решается вопрос с безопасностью системы? Ведь взлом может привести к настоящему бунту машин вокруг нас. Ваш софт распространяется на машины пользователей в открытом виде?

 

SONM: Большинство вещей являются opensource, но есть и ключи, которые закрыты. Какой смысл ломать отдельно стоящую машину, которая совершенно новым способом общается с миром? Туман подразумевает, что все машины работают заодно, но остаются отдельно стоящими, то есть не кластеризуются. Взлом машины – это, по сути, взлом физического лица; взлом фермы к нам отношения не имеет, потому что майнеры по первому признаку компрометации помещаются в пул ненадежных. Даже если прорваться к одному майнеру, то что делать дальше? Какой в этом смысл? Хабы становятся сплоченными только на время выполнения какой-то задачи, в которой требуются общие ресурсы. Любые задачи проходят через несколько этапов идентификации; есть средства, которые обеспечивают сохранность процессов, не дающие человеку или майнеру совершать действия, которые были бы для него убыточны. Эти средства гарантируют, что человек не будет совершать действия, которые сожгут его депозит. Иными словами, существует много способов, позволяющих избежать взлома сети. Но в любом случае, соединение зашифровано и подписано, может быть обернуто каким-либо сертификатом – и это касается каждого контейнера, каждой задачи, каждого пользователя, поставщика или хаба: у каждого хаба есть внешний IP. Даже если, теоретически, расшифровать или перехватить что-то одно – это ничего не даст.

 

Беседовали Татьяна Максименко и Владимир Пирогов