CoinFox побеседовал с основателем Distributed Lab о «конце блокчейн-хайпа» и перспективах технологии распределенного реестра в экономике Украины.

CoinFox: Наш первый вопрос довольно личный. Как вы познакомились с темой биткоина и блокчейна?

Павел Кравченко: Я заканчивал специальность «Безопасность информационных технологий», и моим направлением была криптография и инфраструктуры открытых ключей. Про биткоин я услышал довольно рано, в 2009 году, но тогда не заинтересовался им как валютой, а статью, к сожалению, не прочитал. В 2014 году я уехал в США искать себя, и спустя два месяца меня случайно пригласили в биткоин стартап как специалиста по криптографии. Я за неделю прочитал все научные работы по биткоину, сходил на пару митапов, и через две уже выступил на SF Bitcoin Dev meetup с докладом по криптографии. На нем же меня пригласили в команду создающегося проекта Stellar, в котором я и проработал до конца 2014 года на парт-тайме. В течении 2014 года я объездил по нескольку раз практически все регионы, где биткоин и криптовалюты обсуждались широко — Голландию, Германию, Сингапур, Нью-Йорк и Сан Франциско, и знакомился с лидерами отрасли. В местах, где сообщества еще не были сформированы, я организовывал митапы по криптовалютам.

CF: Вы являетесь основателем Distributed Lab. Расскажите подробнее о деятельности лаборатории и планах на будущее.

ПК: DL родилась осенью 2014 года, изначально она предоставляла сервисные услуги по разработке блокчейн-приложений. С 2015 года мы сменили фокус на продукты в финансовой отрасли и госсекторе, и хотя продолжаем консультировать стартапы и финансовые компании, чаще всего мы входим в них как акционеры.

Мы видим свою миссию в создании финансового Интернета — набора технологий, который объединит всех участников в единую сеть, без контроля со стороны какой либо одной организации. Это не означает, что исчезнут банки и прочие организации, просто их роль изменится, так же как она изменилась с появлением Интернета. Это похоже на то, как в Интернете используются протоколы IP, HTTP, SMTP, SSL — они лишь позволяют любым сторонам взаимодействовать используя общий «язык» общения.

На сегодня у нас в разработке:

1. децентрализованная сеть торговых платформ (частный случай — аукцион, уже готов и используется государством, опен-сорс)

2. банковский софт для управления счетами и предоставления крипто-АПИ (фактически, софт для выпуска крипто-активов банка — будет анонсирован в ближайшие недели)

3. прозрачная страховая компания

4. госреестры

5. децентрализованная биржа

6. решение для международных переводов и FX

В процессе работы над проектами у нас родилась собственная платформа для создания блокчейн-приложений — Инфра, и она заточена под финансовую индустрию — ничего лишнего.

CF: В своем недавнем посте на Steemit вы заявили, что ажиотаж вокруг блокчейна идет на спад. Как это соотносится с растущим числом блокчейн-консорциумов вроде R3, вкладывающих миллиарды долларов в разработку блокчейн-решений?

ПК: Такие компании пытаются решить частную проблему (в данном случае: скорость согласования (reconciliation) между банками), однако шум по поводу ее возможностей преувеличен — банки каждый день делают какие-либо улучшения, а SWIFT может снижать цены довольно существенно. Проблема в том, что анонсированные проекты изменяют модель доверия между банками, а следовательно затраты на разработку технологии составляют лишь 1% (а то и меньше) от общих затрат на ее внедрение и переход. Рынок же переоценил именно технологические компании, ожидая от них решения всех своих бед. Для перехода, например, на сотовую связь, законодательство и бизнес отношения менять не пришлось.

CF: В одном из недавних твитов вы сравнили частный блокчейн, создаваемый консорциумом, с VPN. Станут ли частные блокчейны частью мейнстримной финансовой индустрии в ближайшем будущем?

ПК: Есть несколько подвидов даже частного блокчейна — контролируемый полностью одной организацией (этот случай для внутренней системы банка) или несколькими (может использоваться для согласования данных между ними). Так вот, что касается первого случая — да, это станет реальностью в самое ближайшее время, мы уже закончили такое решение. Его преимуществам относительно традиционных систем я бы уделил отдельный материал. Что касается взаимодействия банков — думаю, это не вопрос самого ближайшего будущего. Аукцион является примером использования блокчейна для взаимодействия нескольких организаций, но в этом случае банки участвуют косвенно, предоставляя лишь доказательства платежей, а консенсус достигается между организациями, с нуля создающими бизнес отношения.

CF: Недавно правительство Украины продемонстрировало интерес к блокчейну и децентрализованным системам вообще. Украина планирует создать и внедрить децентрализованную систему онлайн-аукционов для муниципальных и региональных органов власти. На днях Геокадастр провел первый земельный аукцион. Как вы считаете, помогут ли эти аукционы Украине? Видите ли вы еще какие-то варианты применения блокчейна в украинской экономике?

ПК: Упомянутая выше проблема юридического характера и бизнес отношений не так актуальна для Украины, где эти отношения зачастую просто не сформированы.

Аукцион поможет Украине повысить прозрачность торгов еще больше, по сравнению с используемой системой Prozorro, и таким образом решить отдельные аспекты коррупции или обвинения в ней (не менее важная проблема для организаций, которым приходится доказывать свою непричастность) в процессе продажи госимущества.

Такая же точно система может (и будет!) применяться для продажи залогового имущества банков. Преимущества для них очевидны (напомню, аукцион — это система принятия решений, объединяющая торговые платформы в единую сеть, позволяющая всем их пользователям иметь доступ к одинаковой информации относительно лотов и ставок):

1. сокращение затрат на содержание ИТ инфраструктуры (не нужно создавать свою площадку, сервера могут стоять на стороне торговых площадок, софт бесплатен, а также в комплекте идет опен-сорс интерфейс собственно торговой площадки)

2. одновременный доступ к пользователям всех торговых площадок

3. прозрачность торгов (важно для собственников банков, чье имущество зачастую продается ниже реальной стоимости сотрудниками банка)

Где еще? Самые очевидные применения —  госреестры с возможностью передачи актива по ЕЦП, внутренняя платежная система (возникнет в тот же момент, когда банки обзаведутся крипто-интерфейсами).

 

Роман Корицкий