download

CoinFox продолжает брать интервью у заметных лиц криптоотрасли. На этот раз нашим собеседником стал Сергей Сергиенко, основатель Chronobank – первого проекта, который конвертирует человеко-часы в валютную ценность.

Очень живо и, во многом, визионерски поговорили о глобальной миссии проекта, восприятии криптовалют и буме ICO в России, а также о будущем криптоэкономики и ее роли для всего человечества.

 

– В последнее время Россия и весь мир переживают бум ICO.  В чем уникальность вашего проекта и как бы вы определили его миссию?  

 

– Действительно, ICO-проекты сейчас стараются воспользоваться ситуацией на рынке. Конечно, не у всех получится. Я бы сказал, что у нас такие же шансы, как и у всех, но свои шансы мы держим высотой идеи – ведь мы продаем время.

 

В мире блокчейн у всех есть возможность изменить мир к лучшему – к примеру, усовершенствовать пенсионную систему на Филиппинах – в момент перехода одной банковской системы к другой, если мы как сообщество подсуетимся, то сможем помочь многим людям. Если проект реализует такую масштабную историю, то, скорее всего, на выходе у него будет прибыль. Но немногие изначально задаются масштабными целями, а уже потом думают о заработке – скорее, большинство думает сразу о деньгах, преимущественно с точки зрения быстрого захода на рынок и выхода с него. В этом наше отличие, мы с самого начала ориентированы на масштабную идею. Конечно, если смотреть в историю, социальные проекты обычно не выстреливают, но мы не теряем надежды.

 

– На каком этапе сейчас находится реализация вашего проекта?

 

Мы не отстаем от наших планов, которые зафиксированы в дорожной карте – сейчас уже выпустили первые человеко-часы. Первоначальная идея о том, что мы будем продавать нашу схему компаниям, оказалась не очень перспективна. Это нужно реализовывать на другом уровне – либо с государствами, либо с очень крупными компаниями. Сейчас мы и пытаемся это сделать.

 

Что касается технической части, мы уже сделали кошелек и платформу для выпуска своих токенов, и прорабатываем внутренний exchange – сейчас он в бета-версии, а к февралю будет работать полноценно. Также думаем над тем, как решить частую проблему финансового мира – как понять, что происходит, если человек пропадает и не выходит на связь. Для криптовалюты и умных контрактов особенно важно понимать, как это произошло.

 

– Помимо работы над собственным проектом, для многих компаний вы выступаете советником – в чем заключается ваш интерес и для каких проектов вы готовы выступить наставником?

 

Я прекрасно понимаю, что для того, чтобы достичь успеха с таким масштабным проектом как Chronobank, нужно большое количество партнерств. А они лучше и дешевле всего формируются на том моменте, когда ещё ни у кого нет ничего, кроме идеи – потом выстраивание связей влетает в копеечку. Потому мы и работаем по модели эдвайзинга, укрепляем связи. Мне нравится пример нашего сотрудничества с PlusCoin. Команда из Иркутска разработала платформу для аккумулирования бонусов от программ лояльности – накопительные скидки можно использовать в разных местах. А мы посоветовали сделать так, чтобы внутри платформы эту скидку можно было менять на токены – и ребята сейчас делают ICO, чтобы профинансировать доработку проекта.

 

Для развития Chronobank нам пригодится искусственный интеллект – он бы выполнял все расчеты и следил бы за тем, какой пользователь сколько средств или часов потратил. Соответственно, я смотрю на проекты с ИИ, но с одним условием. Они обязательно должны быть глобальными.

 

– А как вы оцениваете бум ICO в России? Почему рядовые граждане с такой охотой идут в инвесторы?

 

Я бы посмотрел на проблему с двух сторон. Во-первых, многие проекты, выходящие на ICO, сознательно пытаются скрыть от потенциальных участников суть – изо всех сил не называют это инвестициями. Поскольку в России еще нет закона, который обязал бы команды прямо указывать, что их токены выпускаются именно как инвестиционные инструменты, люди могут совершенно искренне не понимать, что в заработке нет никаких гарантий, и напротив – есть риск потери средств.  

 

Во-вторых, вся эта история с криптовалютой и баснословным заработком из ниоткуда – отражение вечной надежды наших людей на чудо. Они предпочитают не знать, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Потом, если все обрушится, они будут массово писать письма в прокуратуру и жаловаться в другие инстанции, уверенные в том, что их обманули. Всё это результат того, что в России очень низкий уровень финансовой грамотности. Люди начинают теряться уже при слове «проценты».  

 

– А как, в таком случае, вы расцениваете инициативу создания крипторубля?

 

Поддерживаю полностью. Наши 300 лет эволюции экономического мышления не привели ни к чему более конструктивному, кроме как к идее включения печатного денежного станка в сложных ситуациях. Возможно, эта проблема и не решится в крипторубле – ведь надо понимать, что частный блокчейн можно сделать и представить по-разному.  Но, по крайней мере, так можно будет снизить издержки при переводах. Хотя бы эти деньги не будут тратиться попусту.

 

– Раз уж мы затронули развитие мировой экономической мысли, то к чему может привести широкое распространение криптовалют?  

 

Вообще всю историю криптовалют стоит рассматривать с точки зрения альтернативных финансовых возможностей. Если развить идею криптовалют, у США не останется возможности контролировать финансовую систему и распределять свою инфляцию на весь остальной мир. Я бы расценивал это как исторический шанс, в том числе и России.

 

В идеальном мире можно было бы создать единую мировую криптовалюту, которая могла бы использоваться как резервная. К ней имели бы доступ все государства, но не спекулянты. А уж если на эту валюту замкнуть котировки торгуемых энергоресурсов…

 

Но важно сохранить саму идею децентрализации. Не секрет, что многие существующие сейчас криптомонеты на самом деле очень централизованы – их централизованно держат децентрализованными. Форки после ситуации с The DAO это отлично показывают.

 

– А если говорить вообще про будущее криптоэкономики?

 

Надо понимать, что вся криптоэкономика в нынешнем виде – это лишь верхушка айсберга. Даже с точки зрения капитализации мы затронули только одну маленькую часть возможного объема. Сейчас люди думают, что происходит революция. Но у всех криптовалют в мире капитализация достигает лишь порядка $170 млрд, их ежедневный оборот – $4 млрд. В этом мире есть компании, которые могут это обрушить в один момент. И это обрушение моментально превратит криптоэнтузиастов в криптоскептиков. Когда придет время крупных инвестиционных фондов, суммы будут поистине феноменальными.

 

Технология блокчейн, конечно, останется и в случае краха криптоэкономики, базами данных всё также можно будет пользоваться. Но я призываю к тому, что не стоит забываться в понимании того, на каком этапе развития блокчейн-системы мы находимся.  Рано или поздно в игру вступят инвестиционные фонды, появятся фьючерсы, а криптовалютные рынки достигнут того, что сейчас на рынке commodities происходит. С точки зрения прокачки крипторынка еще никто из крупных глобальных игроков даже не начинал серьезно относиться к криптовалютам.

 

– Неужели всё так пессимистично?

 

Надеюсь, что мы как человечество лучше научимся зарабатывать деньги, чем продавать пули. Самое ценное, что есть у человека – это время. Если каким-то образом нам удастся токенизировать, оценить время человека – рабочее или не рабочее – нам не нужна будет валюта. Но это почти фантазия.

 

С точки зрения развития блокчейна Виталик Бутерин абсолютно прав – зачем придумывать еще один ether, если он уже есть? Не надо делать то же самое, что другие программисты уже сделали – в лучшем случае, получится то же самое, что было. У нас есть шанс изменить мир в лучшую сторону и сделать это без традиционного способа что-то изменить – имею в виду, без масштабной войны. Я именно так и подхожу к развитию блокчейн-проектов – стараюсь сделать так, чтобы крупная война перестала быть самым эффективным способом для мировых изменений.